«Вифлеемъ - Дом Хлеба»
Выпуск 11 (октябрь 2016)

епископ Михаил (Семёнов)

Церковь, смысл её бытия́
и необходимость жить в ней

епи́скоп Михаил (Семёнов) Нельзя спасти́сь вне Цéркви (конéчно, правослáвной, и́стинной). Положéние э́то так твёрдо стои́т в сознáнии старообря́дчества, что нам нет нужды́ доказывать егó и́стинность.

“Отеческие” свидетельства об и́стине необходи́мости Цéркви для спасéния нам всем вéдомы. Поэ́тому мы в настоя́щей статье не стáнем повторя́ть то, что есть: внимательно сóбрано и у Зеленкова1, и у епи́скопа Антóния Пéрмского2 и в “не нашей” книге Езерского3. И в любом курсе догмáтики.

Наша задача - вы́яснить духóвный и нрáвственный смысл идеи Цéркви, внýтреннюю её необходи́мость для нашего бытия́ и недостáтки нашего отношéния к Цéркви.

* * *

Что такое Цéрковь в её духóвной природе?

Цéрковь - тéло Христóво.

Э́то вели́кий сою́з вéрующих во Христá, пои́стине соединённых любовью Христóвой и живóю ли́чностью Христá в творческий сильный божéственный организм спасéния.

Цéрковь - тéло Христóво.

Господь Христóс, спáсши Своéю смертью род человеческий, примири́вши людей с Бóгом, соедини́л с Собóй человечество, приви́л егó к Себé, как к плодонóсной лозé прививаются вéтви.

Жить во Христé - знáчит жить в Цéркви.

Только протестáнтская ложь мóжет утверждáть, что с Христóм возмóжно лишь ли́чное общéние, без еди́нства в еди́нстве Цéркви.

Отдáвши кровь Свою́ за человечество, за объединéние егó в любви, Госпóдь дарýет ми́лость Свою́ и спасéние объединённым любовью, друг за друга моля́щимся, рука с рукой под води́тельством Христá идущим к спасéнию.
В Цéркви Он со Святы́м Дýхом даёт откровéния и́стины - силу храни́ть тáйны вéры: даёт взаи́мной любви христиáн. Осóбенно и вполнé э́та и́стина даётся Вселéнскому Собóру, но и постоя́нно Цéрковь питáется дарáми Дýха.

В Цéркви христиани́н, сознаю́щий свои́ падéния и грехóвность, кáется при моли́тве всей Цéркви и получает обновлéние свои́х сил.
В Цéркви, как «сою́зе вéрных», он приступáет к евхари́стии, которая есть центр и крáйняя опора спасéния.

Самá евхари́стия и литурги́я и есть проявлéние и место «общéния» (λιτοʋργιον - óбщее служéние). Она есть вмéсте с тем совершéнное соединéние с Христóм, Лозóй небéсною, и с цéрковью в лицé прихóда и всегó народа христиáнского, вкушáющего «от еди́ного хлéба», по словáм апóстола [1 Кор.10:17-18].
«Как хлеб, составля́ясь из мнóгих зёрен, дéлается еди́ным, так что хотя́ в нём есть зёрна, но их не ви́дно, и разли́чие их непримéтно по причи́не соединéния, так и мы не кáжемся только, не представляемся тéлом Христóвым, а éсмы тéло Христóво», - говори́т Иоáнн Златоýст.

Таки́м óбразом, благодаря́ и́менно евхари́стии4 в осóбенности, соединя́ющей вéрующих в одно тéло Христóво, Цéрковь станóвится тéлом Христóвым, так что без евхари́стии не было бы и Цéркви.
Святóю евхари́стией устанавливается действи́тельное, реáльное единéние человечества с Бóгом во Христé; ею образýется и поддерживается Цéрковь - святóй организм искупленного крóвию Христóвою человечества. Окончáтельное объединéние вéрующих в цéльный организм свя́тости и любви друг к другу и Бóгу (=Цéрковь) осуществля́ется только в евхари́стии:
а) нрáвственно - живы́м воспоминáнием, с любовью, о центральном собы́тии дéла Христóва, о Крестé и Распятом на нем, о любви Бóжией;
б) реáльно - усвоéнием полноты́ благ искуплéния и воплощéния Сы́на Бóжия чрез соединéние с Ним, причáстием единóй Божéственной жизни и Божéственного естествá.
Не стоя́щий в Цéркви стои́т за пределами спасéния - не только как раздóрник, разрывающий тéло Христóво, но и как человек, лишённый тáинственного единéния с Христóм в священнодéйствии, где Цéрковь реáльно, вещéственно соединя́ется с тéлом Христóвым.

* * *

В то же время, Цéрковь есть Бóжья организация и земнóго доброго благоустроéния цáрства Бóжия на землé.

Бéлая бáшня апóстола из 70-ти Ермы5 велáсь к нéбу, но стояла на землé: иеросали́мская общи́на была уголком Бóжия Цáрства, образцóм тогó, какой должнá быть вообщé христиáнская жизнь: тáйна пóдлинного земнóго жития́ данá в тáйне Цéркви.
Идéя влáсти воплощенá в идéе иерáрхии, - влáсти, спáянной с народом до еди́нства дýха и вóли (в идеáле и идéе). Цéрковь - живóе Бóжье Цáрство, оáзис новой жизни в юдóли грехá.

Шопенгáуэр сравнивает людей с ежáми. Когда они размести́лись далекó оди́н от другого, им было хóлодно; когда допытáлись прижáться взаи́мно, они переколóлись мéжду собóю.

Существýют óбщества и ли́ца, от которых нýжно удаля́ться. Со мнóгими мóжно вступáть в сношéния лишь по нуждé.
Таки́м óбразом, для достижéния цéли своегó бытия́ - блажéнного единéния с Бóгом - человек должен искáть пóмощи не в сою́зе с кáждым встрéчным лицóм, но в обращéнии к такой избрáнной общи́не, которая жила бы служéнием вы́сшей цéли человечества, знала и имéла бы срéдства для достижéния э́той цéли. Э́та общи́на должнá быть еди́ною и святóю.

Всё человечество может быть разбираемо как нéкоторое стрáнствующее плéмя, для которого земля слýжит только врéменной дорогой. И́стинная цель человечества - нóвая блажéнная жизнь. Но к э́той цели направля́ется не всё человечество и не с рáвным усéрдием.
Движéние народов слóжно, пестрó, многообрáзно, люди дви́жутся не только по направлéнию к цéли, но и по направлéнию, противополóжному цéли, - останавливаются, колéблются, хóдят боковы́ми и изви́листыми путя́ми.
Но, однако, в э́том разнообрáзном лагере есть нéкоторый авангáрд - лýчшая часть человечества. Э́та часть идёт пря́мо к той цéли, для достижéния которой человечество вы́звано к бытию́ Бóгом. Э́та общи́на объединя́ется прéжде всегó в знании цéлей и средств. Цель у члéнов - Бог; срéдства - те, которые дарóваны Бóгом для вступлéния в общéние с Ним.

Человек не может сам определя́ть условия, на которых он может вступать в общéние с Бóгом, - и не потомý, чтóбы э́то было недостóйно Бóга, но потомý, что совершéнно не по силáм человеку.
И́стина, возвещáемая чрез осóбых избрáнников Бóжиих и сохраня́емая Богоустанóвленными учреждéниями (и́бо какие человеческие учреждéния могут охраня́ть и́стину от искажéния?), содéржится общи́ною. Так как таковáя и́стина может быть только однóю, то и общи́на таковáя на землé может быть только однá.

* * *

Мóгут сказáть, что и́стина может открывáться людям в разли́чной мéре по стéпени их духóвного разумéния, и что таки́м óбразом откровéние может быть дарóвано людям в разли́чном виде и в разли́чной мéре, и что поэ́тому богоучреждéнных общи́н, храня́щих и́стину и ведýщих ко спасéнию, может быть óчень мнóго.
Если бы дáже было так, то и тогда в рядý подóбных общи́н была бы однá, обладáющая сравни́тельно бóльшею полнотóю Богопознáния и внéшними срéдствами для Богообщéния, и потомý и в таком слýчае идеáльною задачею каждого должнó бы было быть приобщéние к э́той наисовершéннейшей общи́не. Но на сáмом дéле э́то не так.

Разли́чие степенéй духóвного разумéния, обуслóвливаемое, напримéр, вóзрастом, делает то, что разли́чными ли́цами в разли́чной мéре усвоя́ется однá и та же и́стина, преподавáемая общи́ною.
Разли́чие индивидуáльных осóбенностей делает то, что одни́ употребля́ют одни́, а други́е - други́е срéдства для спасéния.

Но географи́ческое расстоя́ние, этнографи́ческие осóбенности не могут вызвать тогó, чтóбы в одном мéсте под и́менем и́стины предлагалось однó учéние, а в другóм - другóе.
Если предлагáемые таки́м óбразом разли́чные учéния по содержáнию встрéтятся мéжду собóю, то исповéдующие их непремéнно должны́ бýдут разсматривать друг дрýга как пребывáющих во лжи́, потомý что и́стина может быть только однóю.

Таки́м óбразом, общи́на, содержáщая и́стинное Богопознáние и Богопочитáние на землé, может быть только однá, и э́то её еди́нство должнó обуслóвливаться не внýтренним только неви́димым единéнием в воззрéниях её члéнов, но их еди́нством внéшним.

Пребывáние в религиóзной и́стине обуслóвливается пребывáнием в общи́не, её содержáщей. [Проф. Глагóлев] Сам человек не может вполнé положи́ться на свою́ правоспосóбность в понимании откровéнного учéния, в определéнии дáже тогó, что понимает под откровéнием, поэ́тому для негó пребывáние в общи́не явля́ется необходи́мым услóвием для пребывáния в и́стине. А так как таковáя общи́на только однá, то слéдовательно, и всё, пребывáющие в ней, - еди́но.
Зато, если бы мéжду ли́цами, прáво чтýщими Бóга, было бы неви́димое духóвное единéние, то ведь они могли́ бы оказáться врагáми мéжду собóю, расходя́щимися в наиважнéйших вопросах об и́стине, и они могли́ бы поднимать мéжду собóю борьбý и рáспри при обсуждéнии э́тих вопросов, и тогдá цáрство оказалось бы раздели́вшимся на себя́, а такое цáрство устоя́ть не может. «Поэ́тому общи́на, содержáщая религиóзную и́стину, должнá существовáть на землé как нéкий еди́ный духóвный организм. Бýдучи еди́ною, она должнá быть святóю. Святы́м в приложéнии к конéчным существáм называется то, что посвящéнó Бóгу (евр. kodasch или kadosch, греч. άγιος, лат. sanctus). Общи́на, имéющая прямóю и в сýщности еди́нственною своéю цéлью вступи́ть в единéние с Бóгом, конéчно, свята, раз она в своéй дéятельности приближáется к э́той цéли. Настроéние её в óбщем должнó быть нрáвственно чи́стым. Пусть отдéльные члéны общи́ны бýдут пáдать на трýдном пути́ нрáвственного усовершéния, поднимáться, останáвливаться, но раз общи́на в своём цéлом неуклóнно идёт вперёд, она, знáчит, свята, и́бо в цéлом остаётся посвящённою Бóгу, она свята по своемý учéнию, по своéй вéре, по свои́м идеáлам и, можно сказать, по их осуществлéнию. Такая еди́ная и святáя общи́на необходи́мо должнá существовáть на землé, и́бо если бы её не было, то значит всё человечество отреклóсь от достижéния той цéли, к которой онó назнáчено, значит, смысл существовáния человечества на земле уничтóжился бы. Но с другой стороны́, существовáние такóй общи́ны необходи́мо предполагáет в среде её постоя́нное сверхъестéственное воздéйствие, утверждáющее и распространя́ющее общи́ну. Природе человека в её настоя́щем состоя́нии присýще зло, говоря́ языком Кáнта, присýще рáдикальное зло.» [Проф. Глагóлев]

Но из зла не может вы́расти вéра и любовь. Человеческая общи́на не может охрани́ть себя́ в своём цéлом от ýмственных заблуждéний и нрáвственных падéний, и если она непрестáнно дви́жется по пути́ прáвды, знáчит, она непрестáнно охраня́ется си́лою Свы́ше, и если прáвда в ней разрастáется, то знáчит святóе воздéйствие в ней дéйствует всё сильнéе и ши́ре.

Э́та общи́на есть оживля́емая си́лой Святóго Дýха Цéрковь.

* * *

Дáлее.

Для тогó, чтóбы целесообрáзно влáствовать над материальной природой, преобразýя её в живýю оболóчку и средý вы́сших духóвных и божéственных сил, в тéло Бóжие, нýжно человеку в себе имéть начáток э́того тéла Бóжия, сéмя, заквáску новой вы́сшей природы и жизни (тéло духóвное), и э́то сéмя чистоты́ и свéтлости заключается только в тéле Христóвом, и только приобщáясь емý, можем мы приня́ть в себя́ зарóдыш нóвой жизни, в которой и к нам перехóдит Христóва власть над вся́кой влáстью. Инáче мы всегдá бýдем рабáми матéрии, материáльного ми́ра.
Христóс сказал: «Я́ есмь путь, и и́стина, и жизнь» [Иоан. 14:6]. И если Христóс постоя́нно и всецéло присýщ Цéркви своéй, то Он присýщ ей как путь, и́стина и жизнь.

Преéмство иерархи́ческое, от Христá идýщее, есть путь, которым благодáть Христóва распространя́ется по всемý тéлу Егó, т. е., - Цéркви; исповедáние Христá как совершéнного Богочеловéка есть свидетельство и́стины Христóвой; святы́е тáинства суть основáния жизни Христóвой в нас.
В иерáрхии Сам Христóс присýтствует как путь, в исповедáнии вéры - как и́стина, в тáинствах - как жизнь.
Неразры́вным соединéнием э́тих трёх элементов церкóвной жизни определяется сýщность Цéркви как цáрствия Бóжия, Богоустанóвленные формы церкóвно-религиóзной жизни человечества (тáинства и вéро-нравоучéние), посрéдством которых Дух Святый дéйствует в людях, устроя́я их спаси́тельное единéние с Бóгом [Свящ. Попов].

Христиáнство есть любовь и жизнь в Цéркви, даёт и́стину и свобóду.

Нерéдко говоря́т, что в Цéркви нет свобóды, потомý что, во-пéрвых, иерáрхия владéет дýшами и вóлей христиáн, во-вторы́х, потомý, что её свяLзывает её прошéдшее: её решéния, её собóры, смысл обря́дов. Ни то, ни другóе не вéрно.
Иерáрхия, как мы указáли мимохóдом, - не власть, а избираемая вóлею Цéркви дружи́на, связýющая Цéрковь с Цéрковью времён отéческих и апóстольских, посрéдствующая служéнием свои́м мéжду члéнами Цéркви и Гóсподом, но в дéйствиях свои́х определя́ющаяся вóлей всегó церкóвного народа, моли́твой всей Цéркви и óбщим совéтом. Вторóе - я́вное недоразумéние.

«Но ведь Цéрковь, меня́ющая своё прóшлое, отрицáет себя́, - пишет Хомякóв. - Цéрковь не может быть в однó время и́стинною и быть не соглáсною с Св. Писáнием и с ми́ром Божéственных откровéний. Свобóда человеческого рáзума состои́т не в том, чтóбы по-свóему твори́ть вселéнную, а в том, чтоб уразумевáть её свобóдным употреблéнием свои́х познавáтельных спосóбностей, незави́симо от какóго бы то ни́ было внéшнего авторитéта.
Св. Писáние есть откровéние Бóжие, свобóдно пóнятое рáзумом Цéркви; определéния собóров, смысл обря́дов, слóвом, всё догмати́ческое предáние есть выражéние тогó же откровéния, пóнятого одинаково свобóдно, только под други́ми фóрмами. Непослéдовательность и противорéчия знаменовáли бы не свобóду, а заблуждéние, и́бо что и́стинно сегóдня, было и́стинно и в прошéдшие векá.
Мысль совремéнной Цéркви (а мысль Цéркви знáчит не инóе что, как просвещённый благодáтию рáзум её члéнов, свя́занных мéжду собóю нрáвственным закóном взаи́мной любви) есть та сáмая мысль, которая начертáла Писáния, та сáмая, которая впослéдствии признáла эти Писáния и объяви́ла их свящéнными, та сáмая, которая, ещё позднéе, формулировала их смысл на собóрах и символизи́ровала егó в обря́де; мысль Цéркви в настоя́щую минуту и мысль её в минýвших векáх есть непреры́вное откровéние, есть вдохновéние Дýха Бóжия...
» [Хомякóв].

Цéрковь свобóдна и может создавáть нóвые формы своегó бы́та, но она не может быть в противорéчии самá с собóй, в разноглáсии с свои́м прóшлым. Такóв в óбщем óбраз Цéркви.

* * *

Я не пишý, повторя́ю, догмати́ческого óчерка: цель моя́ - мéжду прóчим показáть, как ги́бельно выделéние от Цéркви, стремлéние к обособлéнию от её жизни. Как ни печáльно, но нýжно сказать, что э́то невнимáние к Цéркви есть и в старообря́дчестве.

У писателя Королéнко есть карти́нка, разсказ одногó сибирякá.

"Пришёл я в избу (на ночлéг), разсказывает сибиря́к, переночевáл на пéчке; ýтром проснулся, ви́жу: вошли в избу старики́, поставили икóну и стáли моли́ться... Ну, я говорю́ себé, и я, мол, с ними помолю́сь.
Налáдился перекрести́ться, а старýха меня́ зá руку.
- Что ты дéлаешь!
- Моли́ться хочý.
- С нами нельзя́, помóлишься пóсле.
Я снова залез на пéчку. Вы́шел стари́к, дед свою́ икóну поставил: мóлится. Я опя́ть на моли́тву встал, а стари́к меня́ прогнáл: «пóсле», - говори́т.
А потóм икóны унесли́, пришли́ молодые хозя́ева, и у них однó Распя́тье.
- Ну, говорю́, хотя́ на Распя́тье помолю́сь. - Одначе и э́ти не дозвóлили.
И пошёл я моли́ться на сóлнышко."

Как печáльно э́то разделéние в моли́тве! Когдá-то и у наших прéдков были в хрáмах свои́ икóны; э́то было результáтом религиóзного невéдения, не выражáло отделéния, но всё же, было нехорошó.

* * *

В госпóдствующей цéркви, при внéшнем формáльном еди́нстве, нет никакóй óбщей жизни, никакóго объединéния, дáже прихóда; цéрковь, стáвшая вéдомством, перестáла быть Цéрковью.
В протестáнтстве и сéктах протестáнтского течéния, по самому существý вероучéния, нет Цéркви: общéние с Христóм (как мы ужé сказали) представля́ется чи́сто ли́чным. В их устáх моли́тва «Óтче наш» - ложь, потомý что они́ не имéют религиóзного моли́твенного общéния со свои́ми единовéрцами; не имéют они и свя́зи с вселéнской Цéрковью, отрицáя общéние с почи́вшими и Цéрковью Сиóна Небéсного!
Католи́чество знáет только внéшнее (не администрати́вное, как госпóдствующая, а внéшнее по самому существý понимания отношéний иерáрхии и народа) еди́нство; иерáрхия и народ здесь - две чáсти, не соединённые духóвно во еди́нство. Однá часть прикáзывает, дарýет благодáть; другáя - только повинýется и принимáет э́ту благодáть, дарýемую в áкте механи́ческом (ópus operátum), без учáстия души́ воспринимáющего си́лу Бóжию.

Старообря́дчество бóлее други́х исповедáний разумéет и́стину Цéркви; и́стину единéния, лежáщую в идéе Цéркви. Их церкóвные поря́дки, их общи́нное и собóрное устрóйство, стоя́щее на пóчве пóдлинного канóна, ужé однó э́то говори́т, что здесь пóдлинная Цéрковь. Однáко и здесь есть место для пожелáний.
Не говоря́ ужé о безпопóвстве, которое лиши́ло себя́ спасéния по недовéрию к Гóсподу Христý, отвéргнув «дýшу» Цéркви: литурги́ю и евхари́стию, - оторвáвши себя́ от вселéнской Цéркви, в Цéркви и́стинной есть чáстные при́знаки уклонéния к настроéниям католи́ческим и протестáнтским.

В иерáрхии есть (конéчно, в чáсти) стремлéние к католи́ческому влáствованию; желание умéньшить, прини́зить значéние народа, егó гóлос в церкóвном дéле.
В народе чýвствуется нéкая отвы́чка от пóлного церкóвного чи́на, - наслéдство дóлгих гонéний.

В епáрхии (Хáрьковской) возникáет вопрос, нýжен ли ей осóбый епи́скоп. И ви́димо, - большинствó отвечáет: «нет, не нýжен». Очеви́дно, здесь притупленó понимание духóвного значéния епи́скопства, свя́зи с ним, епи́скопского учи́тельства.
Мéстная цéрковь не смóтрит на епи́скопа как на необходи́мую часть епáрхии, необходи́мую не для администрáции управлéния, посвящéния иерéев, а для духóвного пасéния мéстной пáствы. Прихóды тóчно тáк же, лишáясь свящéнника, не всегдá торóпятся найти́ егó: можно, мол, обойти́сь по старинé покá. Я́сно, что они не переживáют во всей си́ле рáдости евхари́стии, не понимáют, что она - животворя́щая си́ла Цéркви, и без неё христиáнская жизнь не полнá.

Слýжба церкóвная без литурги́и, конéчно, не имеет той связýющей, объединя́ющей си́лы, как первéйшая из служб церкóвных. Наконец, начáло собóрности - твёрдое в теории - не вполнé применя́ется дáже на óбщих собóрах, чáсто совершéнно не нахóдит никакóго выражéния в епáрхиях.
Да и общи́ны сéльские и городски́е, объединя́ясь óколо хрáма в óбщих делáх общи́ны, óчень ýзко понимают своё церкóвное дéло. Совéты общи́н занимáются интерéсами хрáма, хрáмового благосостоя́ния - и почти́ только э́тим. Но где общи́нное церкóвное учи́тельство, благотвори́тельность, просвещéние шкóлой и кни́гой? Их нет! А э́то знáчит, что по отношéнию к земле мы, старообря́дцы, мéнее понимáем земнýю идéю Цéркви, чем дáже грéки или сéрбы, у которых óколо хрáма сосредотóчивается ширóкая и святáя работа благотвори́тельности и просвещéния.

Да даст нам Вели́кий Главá Цéркви си́лу вести́ жизнь Цéркви без малéйших уклонéний от вóли Егó, по завéтам Егó.
Наши грехи́ прóтив Цéркви не таковы́, чтóбы лиши́ть нас благодáти Христóвой, но вся́кое мáлое нестроéние в Цéркви, всё же, опáсно и врéдно.

Журнал «Старообря́дческая мысль». М., 1916. № 1.

* * * * * * *

Примечания:
1 В книге начётчика В. Т. Зеленкова «Выписки из святоотéчественных и други́х книг (слýжащих к изучению разли́чных сторон церкóвной жизни)» в трёх частях, изданной в Москве в 1911-1912 г.г . - Здесь и дáлее прим. ред., если не указано инóго.
2 В книге старообря́дческого епи́скопа Антóния Пермского «Святоотéческий сборник» (М., 1910).
3 В противостарообря́дческой книге купцá А. И. Озерского «Выписки из старопи́сьменных, старопечáтных и других книг , свидетельствующие о свя́тости Собóрной и Апóстольской Цéркви и о необходи́мости покоря́ться ее устáвам, для достижéния спасéния» (М., 1862, и др. издания).
4 Евхари́стия (благодарéние, греч.) - тáинство претворéния хлéба и винá на литурги́и в Тéло и Кровь Госпóдни и причащéния ими вéрных христиáн.
5 Подразумéвается видение апóстолом Ермой Цéркви в ви́де строящейся белокáменной бáшни, описанное в его книге «Пáстырь».

 

 




ПОИСК В ИНТЕРНЕТ
 
 

 
  ©  2004 –  Сайт «Чёрный монах»
Ссылка при цитировании обязательна
©  2010 –  «Вифлеемъ - Дом Хлеба»
Ссылка при цитировании обязательна
©  2004 –  Дмитрий Чапуровский
Ссылка при цитировании обязательна
  Flag Counter   Рейтинг@Mail.ru Рассылка сайта 'Чёрный монах' Студия ARST Project